Европа остается самым быстро нагревающимся континентом: температура здесь растет примерно вдвое быстрее среднемирового уровня. Экстремальная жара все заметнее влияет не только на здоровье населения, но и на экономику — снижает производительность труда, нарушает работу энергетической и транспортной инфраструктуры, повышает инфляционные риски и сокращает потенциал экономического роста.

По оценке Европейской комиссии, странам ЕС необходимо ежегодно инвестировать около €70 млрд до 2050 года в климатическую адаптацию. Аналитики Allianz оценивают потенциальные экономические потери от экстремальной жары до 2030 года примерно в $130 млрд для Германии и $240 млрд для Франции. В Великобритании только июньская волна жары, по отдельным оценкам, обошлась экономике в £2,36 млрд из-за снижения производительности и сбоев инфраструктуры и оборудования.

Экономисты также обращают внимание на макроэкономические последствия. Жара и засухи могут повышать продовольственную инфляцию на 0,4–0,9 п.п., а климатические шоки способны формировать долгосрочный эффект, при котором снижение доходности капитала сдерживает инвестиции и производственные мощности. Особенно уязвимыми считаются крупнейшие экономики Южной и Западной Европы — Германия, Франция, Италия и Испания.

ESG вывод
Климатическая адаптация становится не только экологической, но и финансово-экономической задачей. Для компаний это усиливает необходимость учитывать физические климатические риски при стратегическом планировании, оценке активов и CAPEX, управлении непрерывностью бизнеса. На уровне государств ключевым вопросом становится масштабирование инвестиций в устойчивость инфраструктуры и привлечение частного капитала для финансирования адаптационных мер.

Китай представил новый пятилетний план развития возобновляемой энергетики, предусматривающий увеличение потребления энергии из ВИЭ примерно на 53% — с 1,18 млрд тонн угольного эквивалента в 2025 году до 1,8 млрд тонн к 2030 году. Одним из ключевых приоритетов становится повышение надежности энергосистемы и интеграция растущих объемов солнечной и ветровой генерации.

К 2030 году Китай планирует увеличить общую выработку электроэнергии из ВИЭ с 4 до 6 трлн кВт·ч, при этом производство ветровой и солнечной энергии должно вырасти с 2,3 до 4 трлн кВт·ч и обеспечить около 30% всей генерации. В сочетании с системами накопления энергии ветер и солнце должны обеспечивать до 20% электроэнергии в периоды вечерних пиковых нагрузок против примерно 10% сегодня.

План также предусматривает развитие новых технологий: мощность солнечной тепловой энергетики должна увеличиться с 1,82 до 15 ГВт, а морской энергетики — практически с нулевого уровня до 400 МВт. Неэлектрическое использование возобновляемых источников энергии также планируется значительно расширить.

ESG вывод
Энергетический переход Китая переходит от простого масштабирования установленной мощности ВИЭ к решению более сложной задачи — обеспечению надежности, гибкости и управляемости энергосистемы. Рост инвестиций в накопители энергии, балансирующие мощности и новые энергетические технологии может дополнительно ускорить снижение стоимости соответствующих решений на глобальном рынке. Для международных компаний и инвесторов это также означает дальнейшее изменение структуры энергобаланса Китая и потенциальное снижение углеродоемкости цепочек поставок и производства.

Европа переживает очередную аномальную волну жары: температура во Франции и Испании превысила 40°C, в десятках регионов были объявлены максимальные уровни опасности, закрывались школы, отменялись поезда и возрастала нагрузка на энергосистемы. По оценке климатологов ClimaMeter, антропогенное изменение климата сделало эту волну жары примерно на 2–4°C интенсивнее, чем она могла бы быть при аналогичных погодных условиях во второй половине XX века.

Европа нагревается примерно на 0,56°C за десятилетие — вдвое быстрее среднемирового показателя и быстрее любого другого континента. Среди причин — высокие широты, эффект полярного усиления потепления и сокращение загрязнения воздуха, благодаря которому больше солнечной радиации достигает поверхности. При этом ключевой риск заключается не столько в возможном изменении частоты отдельных атмосферных явлений, сколько в том, что на фоне более теплого климата волны жары становятся чаще, интенсивнее и продолжительнее.

Особую обеспокоенность вызывают последствия для здоровья. В 2003 году жара стала причиной более 70 тыс. смертей в 16 европейских странах, в 2022 году — более 60 тыс., а в 2023 году — около 50 тыс. При этом меры адаптации уже дают результат: исследователи оценили, что без реализованных мер число связанных с жарой смертей в Европе в 2023 году могло бы достигнуть примерно 90 тыс.

COP31 пройдёт 9–20 ноября 2026 года в Анталье. Формальная переговорная повестка ещё формируется, однако заявления председательства Турции на COP31 объявило новые цели в рамках запуска Глобальной повестки действий по климату:

• цель по электрификации увеличит долю окончательного спроса на электроэнергию с чуть более 20% сегодня до 35% к 2035 году;
• сокращение роста мировых отходов вдвое к 2035 году;
• устойчивые города ставят цель снизить интенсивность энергопотребления в строительном секторе как минимум на 25% к 2035 году;
• поддерживать циркулярную экономику, увеличивая мировой уровень использования циркулярных материалов как минимум до 15%.

Основная цель COP31 состоит в обеспечении полного воплощения уже принятых решений практике: выходе за рамки заявлений о намерениях и достижении реальных результатов. Речь идёт прежде всего о выполнении национально определяемых вкладов, планов адаптации и решений предыдущих климатических конференций.

Для стран Центральной Азии одним из ключевых вопросов станет переход от общих климатических целей к конкретным инвестиционным программам. Государствам потребуется детализировать NDC через отраслевые дорожные карты, определить необходимые объёмы капитальных затрат, сроки реализации, ответственных исполнителей и измеримые показатели эффективности. Всё большее значение будут иметь системы мониторинга, отчётности и верификации, позволяющие оценивать фактический прогресс.

Особенно актуальной для региона останется тема воды и климатической адаптации. Таяние ледников, засухи, экстремальная жара и управление трансграничными водными ресурсами требуют не только национальных мер, но и региональной координации. В контексте Центральной Азии заявленные основные цели COP31 могут предоставить дополнительный импульс развитию электротранспорта и зарядной инфраструктуры, модернизации энергосетей, систем накопления энергии и повышения энергоэффективности зданий.

Отдельное место в повестке займут сокращение метана, что для нефтегазодобывающих стран Центральной Азии означает рост внимания к внедрению мер по выявлению и снижению уровня утечек метана в атмосферу.

Казахстан и Узбекистан уже представляли обновлённые, определяемые на национальном уровне вклады (NDC 3.0) в ноябре 2025 года. Следующим этапом станет демонстрация того, каким образом заявленные цели будут обеспечены государственными программами, корпоративными инвестициями и можно ожидать, что подготовленные программы финансирования NDC будут представлены на COP31.

ЕБРР и Green Climate Fund запускают программу Resilient Water Systems для модернизации водной инфраструктуры Кыргызстана и Таджикистана. Финансовый пакет включает €100 млн кредитов ЕБРР, €55 млн грантов GCF и €5 млн другого донорского софинансирования. Средства планируется направить на системы водоснабжения, очистку сточных вод, ирригацию, повышение устойчивости коммунальных предприятий и подготовку долгосрочных планов адаптации к засухам, паводкам и изменению доступности воды.

Программа значительно расширяет действующий портфель водных проектов ЕБРР в регионе. Только в Кыргызстане банк к июню 2026 года инвестировал более €196 млн в 32 проекта водоснабжения и водоотведения в 28 муниципалитетах, включая €87 млн кредитов и €109 млн инвестиционных грантов. В 2025 году ЕБРР и ЕС также объявили до €23,8 млн на модернизацию Западного Большого Чуйского канала и до €38 млн на ирригационную инфраструктуру в Джалал-Абадской и Нарынской областях. Таким образом, новый пакет отражает переход от отдельных муниципальных проектов к более крупной региональной программе, объединяющей водоснабжение, ирригацию и управление климатическими рисками.

По данным Национального комитета Узбекистана по экологии и изменению климата, по итогам Восьмой Ассамблеи Global Environment Facility были достигнуты договорённости о национальных и региональных проектах на сумму более $50 млн за счёт грантов GEF. В рамках Eco Expo Central Asia 2026 также было объявлено о привлечении $80 млн грантов и более $520 млн обязательств по зелёным инвестициям. Всего было подписано около 300 соглашений в области возобновляемой энергетики, водных ресурсов и управления отходами. Масштаб заявленных договорённостей существенен по сравнению с предыдущим сотрудничеством Узбекистана с GEF. До проведения Ассамблеи совокупный объём грантов GEF для экологических проектов в стране составлял около $98,8 млн, а связанное с ними софинансирование — примерно $773,8 млн. При этом объявленные в июне более $50 млн включают как национальные, так и региональные проекты, поэтому не весь объём обязательно будет направлен непосредственно в Узбекистан.

Основным показателем реализации станет переход от меморандумов и инвестиционных намерений к конкретным проектам с утверждёнными бюджетами, инвесторами и сроками финансирования.

Финансовый пакет состоит из кредита до $40 млн для финансирования микро-, малых и средних предприятий и отдельной линии до $10 млн в рамках программы Kazakhstan Women in Business II. Средства могут предоставляться в долларах или тенге, а кредитование будет дополнено консультациями, обучением и менторской поддержкой предпринимателей. KMF сотрудничает с ЕБРР с 2005 года.

Новая сделка вдвое превышает каждый из двух предыдущих пакетов, объявленных для KMF: в 2024 году банк получил до $25 млн, из которых $15 млн предназначались для женского предпринимательства и $10 млн — для молодых предпринимателей; в 2025 году KMF получил ещё до $25 млн по программе Kazakhstan Women in Business II. Таким образом, только за 2024–2026 годы ЕБРР объявил для KMF финансирование на сумму до $100 млн. При этом структура нового пакета показывает расширение сотрудничества: основная часть средств теперь направляется на общий портфель МСБ, а не только на отдельные целевые группы.

За первые десять лет программы Women in Business в Центральной Азии и Монголии поддержку получили более 100 тыс. женщин-предпринимателей, а общий объём предоставленного им финансирования составил около $365 млн.